Вечером Иисус с учениками переправляется через Галилейское море. Поднимается сильная буря; волны захлёстывают лодку, а Иисус спит на корме. Ученики будят Его и взывают о спасении. Он встаёт, повелевает ветру и морю, и наступает великая тишина. Спасённые с благоговением спрашивают, Кто же это, Кому повинуются даже ветер и вода. Матфей, Марк и Лука свидетельствуют о чуде. Оно открывает власть Христа над творением и показывает, как Он ведёт людей в их страхе к познанию Своей личности и доверию к Нему.
В ответ на крик учеников о помощи Иисус укрощает бурю Своим повелевающим словом. Ветер и взволнованная вода повинуются Ему; в лодке, находившейся под угрозой, страх смерти сменяется удивлением перед Его властью.
Буря угрожает лодке
Вечером после дня учения Иисус предлагает ученикам переправиться с Ним на другой берег. Народ остаётся; согласно Марку, переправу сопровождают другие лодки. На озере поднимается сильная буря. Волны захлёстывают лодку, так что она уже наполняется водой. Иисус лежит на корме на подушке и спит. Опасность возрастает, пока Он отдыхает. Ученики непосредственно переживают угрозу и обращаются к Тому, Кто плывёт с ними. Марк сохраняет эти наглядные подробности общей переправы.[1]
Ученики будят Иисуса. У Марка их крик звучит как страх и упрёк: неужели Ему нет дела до того, что они погибают? Матфей передаёт просьбу о спасении, Лука — настойчивый зов к Учителю. Во всех трёх изложениях они приносят свою беду Ему. Иисус слышит их крик о помощи. Их вера стеснена страхом, но они ищут помощи у Него. Последующее спасение покажет им, какой властью обладает Господь, Которого они только что видели спящим.[1][2][3]
Ветер и вода повинуются Его слову
Иисус встаёт и запрещает ветру. Марк сохраняет также повеление морю умолкнуть. Ветер стихает, и наступает великая тишина. Угроза отступает по Его слову. Иисус спрашивает учеников об их страхе и вере; Матфей помещает этот вопрос перед укрощением, Марк и Лука передают его после. Спасённые исполнены изумления и благоговейного страха. Они спрашивают друг друга, Кто же это, Кому повинуются даже ветер и море. Так переправа ведёт их от пережитой беды к решающему вопросу о личности Иисуса.[1][2][3]
Ход этого чуда отличается от последующего хождения по воде. Здесь Иисус с самого начала плывёт в лодке, спит, и ученики будят Его. При другой встрече они сначала находятся в пути без Него, и после насыщения народа Он приходит к ним по озеру. Оба деяния открывают Его власть над творением. Укрощение бури особенно убедительно показывает, что тот же Господь, Который как человек отдыхает в лодке, может действенно повелевать ветру и волнам.[1][2][3]
Три Евангелия сохраняют одно ядро
Марк описывает сопровождающие лодки и подушку; Матфей и Лука рассказывают короче. Все трое свидетельствуют о буре, сне Иисуса, крике о помощи, Его повелении и последующем покое. Вопрос о вере учеников также присутствует во всех изложениях, занимая разное место в ходе событий. Эти акценты каждый раз направляют взгляд на одного Господа. Конкретное место действия, люди под угрозой и их последующее изумление придают свидетельству историческую форму. Евангелисты передают событие средствами упорядоченного изложения, направленного на его смысл.[1][2][3]
При оценке источников следует учитывать общее апостольское предание и литературную близость синоптиков. Их свидетельство не становится малозначительным оттого, что одно деяние передаётся в родственных формах. Вместе с тем три изложения нельзя безоговорочно считать тремя независимыми письменными актами очевидцев. Из упомянутых Марком сопровождающих лодок также нельзя сделать дополнительные сохранившиеся отдельные рассказы. Вес имеет действительно сохранённое свидетельство: слово Иисуса непосредственно связано с укрощением, и участники узнают в нём власть, превосходящую их прежнее понимание.[1][2][3]
Спасение, которого Израиль ожидает от своего Бога
Псалом 107 описывает мореплавателей, которые в бедствии взывают к Господу. Он укрощает бурю, успокаивает волны и приводит их к желанной гавани. На фоне этого слова Писания вопрос учеников обретает весь свой вес: Иисус делает то, что Израиль воспевает как спасительное действие своего Бога. Псалом раскрывает библейский контекст деяния. Спасённые стоят не только перед необычным прекращением опасности, но перед откровением Того, Кто божественной властью повелевает водам.[4][1][3]
Фома Аквинский объясняет, что чудеса Христа открывают Его божественную власть ради спасения людей и потому затрагивают также нечеловеческое творение. Творец действует над тем, что Ему подчинено. Благодаря этому различимы обычная надёжность природы и необычайное действие: ветер и вода — действительные природные силы, и именно они в этой встрече повинуются Господу. Спасение ведёт к Его познанию. Христос показывает, что Его власть не ограничена одной областью, а охватывает творение.[6]
Пробудить Христа в сердце
Августин раскрывает переправу как образ христианской жизни и пути Церкви. Оскорбительное слово может подняться как буря, гнев — захлестнуть сердце как волна. Поддающийся жажде мести подвергается опасности внутреннего кораблекрушения. В его толковании пробудить Христа в сердце означает вспомнить Его слово и пример прощения. Так действительное спасение на озере становится светом для конкретного решения в повседневности: под словом Христа верующий должен обрести покой и верное действие.[5]
Это толкование принимает деяние Иисуса за основание. Оно не превращает ветер и воду в позднейший вымысел, а раскрывает непреходящий смысл пережитого спасения. Августин направляет взгляд на Господа, Чья власть преодолевает внешнюю опасность и Чьё слово может устроить также сердце. Поэтому созерцание чуда ведёт к обращению, прощению и стойкости. Изумление учеников должно принести плод в жизни Церкви, когда люди приносят ко Христу свой страх, гнев и искушение отчаянием.[5]
От крика о помощи к познанию Господа
После спасения ученики спрашивают, Кто же это. Их познание вырастает из того, что они пережили вместе. Христос не был далёк от них в опасности; Он был с ними в лодке. Его сон и последующее повелевающее слово открывают истинное человечество и божественную власть. Вопрос об их вере приглашает глубже понять Его присутствие. Их страх не замалчивается. Именно крик о помощи из этого страха становится началом более глубокого познания Спасителя. В этом заключается непреходящее утешение чуда для Церкви и отдельного верующего.[1][2][3]
Свидетели и исследователи
Ученики в лодке
Непосредственные свидетели опасности и спасения
Они переживают бурю, будят спящего Господа, слышат Его повеление и дивятся последовавшему покою.[1][2][3]
Спутники в других лодках
Названные Марком участники переправы
Марк называет другие лодки, сопровождающие Иисуса и учеников при переправе; собственного хода их наблюдений он не излагает.[1]
Августин Гиппонский
Отец Церкви и толкователь
Из спасения на озере он раскрывает духовный смысл для Церкви, веры и преодоления гнева и отчаяния.[5]
История в развитии
- Начало переправы
Марк называет предложение Иисуса отправиться на другой берег.[1]
- Буря и опасность
- Ученики взывают
Они будят Иисуса и приносят Ему свой страх перед гибелью.[1][2][3]
- Ветер и вода успокаиваются
По повелению Иисуса буря стихает; ученики, находившиеся под угрозой, переживают великую тишину.[1][2][3]
- Вопрос о Его личности
Присутствующие дивятся Тому, Кому повинуются ветер и вода.[1][2][3]
Церковная оценка
Матфей 8,23–27, Марк 4,35–41 и Лука 8,22–25 свидетельствуют об укрощении бури Иисусом. Три Евангелия сохраняют опасность, крик о помощи, Его действенное слово и изумление спасённых.
Что может и чего не может прояснить вопрос о погоде
Евангелия не предоставляют измерений ветра, высоты волн или поминутных метеорологических записей. Поэтому полная реконструкция в современной модели погоды невозможна. Это ограничение относится и к попытке достоверно доказать естественную причину, и к попытке расчётами исключить все мыслимые естественные процессы. Имеющееся свидетельство касается другой, определённой связи: буря угрожает ученикам, они взывают к Иисусу, Он повелевает ветру и морю, и наступает тишина. Исторический вопрос направлен на достоверность этого рассказа и всего свидетельства о Христе. Отсутствие технических записей не превращает источник в простой рассказ о случайной перемене погоды.[1][2][3]
Возражения и ответы
Могла ли буря случайно прекратиться именно в этот момент?
Бури могут прекращаться естественным образом. Но это общее утверждение ещё не объясняет конкретно засвидетельствованную связь. Евангелия непосредственно соединяют внезапный покой с повелением Иисуса и сохраняют изумление участников тем, что ветер и море повинуются Ему. Гипотеза случайности должна была бы обосновать, почему лучше соответствует этому свидетельству. Без несохранившихся метеоданных её вероятность нельзя серьёзно рассчитать; столь же неправомерным было бы математическое удостоверение исключения всех естественных возможностей. Христианское основание заключается в достоверном евангельском свидетельстве и открывающейся в нём личности Христа. Фома Аквинский раскрывает деяние как дело Господа творения. Так чудо понимается в своём контексте, а не рассматривается как изолированная измеренная величина.[1][2][3][6]
Является ли укрощение бури лишь притчей о внутреннем покое?
Евангелия вводят его как действительную переправу Иисуса с учениками. Лодка, сон, волны, крик о помощи и прибытие на другой берег принадлежат этому ходу событий. Поэтому чисто образное прочтение должно было бы отвергнуть конкретное изложение источников. Августин показывает более полную возможность: действительное спасение одновременно раскрывает путь к внутреннему миру под словом Христа. Его духовный смысл предполагает само деяние. Однако из этого не следует обещания, что верующие избегнут любого несчастья. Чудо свидетельствует о действительном спасении и открывает Спасителя; оно не позволяет упрекать в недостатке веры людей, позднее погибших в воде или иным образом.[1][2][3][5]
Значение для веры
Христос повелевает ветру и морю, и ученики спасаются от опасности. Его слово открывает господство Бога над творением. Вопрос свидетелей ведёт к центру чуда: Кто этот Господь, Который плывёт с ними в лодке и укрощает стихии? Церковь узнаёт в Нём своего Спасителя и принимает из этого деяния доверие для собственного пути.[1][2][3][5][6]
Как исследуют чудеса Иисуса
Апостольское свидетельство, историческое предание и дела Христа.
Методы исследования и церковная процедура →Источники и свидетельства
Сведения о доступности и пределах выводов помогают самостоятельно оценить свидетельства.
- [1] Евангелие от Марка
Канонический первичный текст; подушка, сопровождающие лодки и вопрос о личности Иисуса.
Открыть источник · vatican.va ↗ - [2] Евангелие от Матфея
Более краткое изложение с вопросом о маловерии перед укрощением.
Открыть источник · vatican.va ↗ - [3] Евангелие от Луки
Каноническое параллельное свидетельство; не отдельно сохранившаяся запись о погоде.
Открыть источник · vatican.va ↗ - [4] Книга Псалмов
Библейский контекст спасения мореплавателей Господом.
Открыть источник · vatican.va ↗ - [5] Sermo 63; Sermon 13 on the New Testament
Первичный текст в общественном достоянии, в историческом переводе; лодка как Церковь, внутреннее смятение и память о Христе.
Открыть источник · newadvent.org ↗ - [6] Summa theologiae III, quaestio 44
Богословское осмысление чудес над нечеловеческим творением.
Открыть источник · newadvent.org ↗