Чудеса Иисуса относятся к основополагающим историческим свидетельствам Откровения. Евангелисты представляют их как дела Христа и называют слова, места, участников и реакции. Церковь принимает эти рассказы как Священное Писание и через них возвещает могущество и милосердие Искупителя.
Исследование раскрывает переданный текст, его контекст и свидетельство апостолов. Рукописи, параллельные места и ранние толкования помогают точно понять рассказы. На конкретном примере можно показать взаимосвязь исторического хода событий и его духовного значения.
Евангелия как основополагающее свидетельство веры
Тем самым их притязание на историческую достоверность не отвергается. Dei Verbum подтверждает историчность Евангелий и связывает её с их происхождением из апостольской проповеди. Евангелисты отбирали материал, обобщали его и объясняли для своих читателей. Поэтому исследование учитывает замысел высказывания, литературную форму, язык эпохи и контекст всего текста.[1]
Отсюда следует особое церковное понимание: рассказы о чудесах истолковываются как часть канонического Священного Писания. Они не проходят современную процедуру признания нового частного откровения.[1][4]
Установить текст, сопоставить и истолковать
Понятный раздел о проверке каждого библейского чуда включает четыре шага:
1. Установить текст: назвать точное место Библии, различить перевод и значимые текстовые варианты. Позднейшие благочестивые дополнения должны оставаться распознаваемыми именно как дополнения.
2. Сопоставить рассказы: прочитать имеющиеся параллельные места рядом друг с другом. Общее предание и литературную зависимость нельзя без дополнительных оснований считать несколькими независимыми свидетельствами.
3. Объяснить исторические обстоятельства: раскрыть место, действующих лиц, тогдашние обозначения болезней и социальные последствия. Археологическое знание места может прояснить обстоятельства; само по себе оно не доказывает рассказанное в этом контексте чудо.
4. Раскрыть значение знамения: объяснить, что делает Иисус и как евангелист связывает это действие с Его личностью, Его миссией и верой. Такое толкование не должно ни придумывать современный диагноз, ни молчаливо заменять утверждаемый процесс лишь символом.
Уже Пий XII требовал при толковании Писания обращаться к языкам оригинала, текстологии и способам выражения античных авторов. Современное ожидание технической точности нельзя без проверки делать мерилом древнего повествования. Поэтому внимательное чтение означает серьёзное отношение к собственной форме текста и одновременно открытое указание пределов исторической реконструкции.[2]
Конкретный пример: исцеление расслабленного
В Mk 2,1–12 совместно рассматриваются спущенный сверху больной, слова Иисуса, спор о прощении грехов и последующее хождение; Mt 9,1–8 и Lk 5,17–26 предлагают тексты для сравнения. Досье может описать сообщаемое восстановление функции. Однако без дополнительных данных оно не вправе добавлять определённый неврологический диагноз. Оно также объясняет, почему видимое событие в тексте свидетельствует о власти Иисуса. Так сохраняется ясное различие между рассказом о событии, историческим исследованием и богословским значением.[3]
Источники и документы о процедурах
- [1] Dei Verbum — Догматическая конституция о Божественном Откровении
Замысел высказывания и литературные формы, а также апостольское происхождение и историчность Евангелий.
Открыть источник · vatican.va ↗ - [2] Divino afflante Spiritu
Языки оригинала, текстология и античные способы выражения как основы католического толкования Писания.
Открыть источник · vatican.va ↗ - [3] Евангелие от Марка — исцеление расслабленного
Библейский первичный текст. Для внутренних ссылок можно использовать библейский ридер Catholon с тем же указанием места.
Открыть источник · bible.usccb.org ↗ - [4] Катехизис Католической Церкви
Основание: завершённость публичного Откровения и место частных откровений.
Открыть источник · vatican.va ↗